В ночь на 17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского доме в Екатеринбурге большевиками была убита семья последнего русского императора. Бывшего самодержца Николая Александровича, его супругу Александру Федоровну, царевича Алексея и великих княжон Ольгу, Татьяну, Марию и Анастасию с их слугами безбожники сперва расстреляли из наганов, а затем добили штыками. В 1981 году Русская Зарубежная церковь прославила царственную семью с причтением к лику мучеников. В 2000 году Русская православная церковь канонизировала их как страстотерпцев в составе Собора новомучеников и исповедников Российских.
Со времени церковного прославления царской семьи родилось, выросло и вступило в жизнь новое поколение людей (а если считать со времени ее канонизации за рубежом – два поколения). Но дискуссия в обществе по поводу этого события не прекратилась до сих пор. Не рискуя выступать в ней арбитрами, мы лишь напомним в день памяти последнего русского царя и его домочадцев о том, почему Николай II и его семья – святые.
Последний Российский император прославлен Церковью не как политический деятель, чье правление действительно можно оценивать по-разному. Он и члены его семьи канонизированы прежде всего за свой нравственный подвиг в последние семнадцать месяцев их жизни. Фактически, с самого начала заточения обреченные на смерть от рук безбожников, они провели свое последнее время земной жизни с кротостью, терпением и смирением, приняв уготованную им участь мужественно и с христианской любовью. Император Николай часто сравнивал свою жизнь с историей ветхозаветного Иова, в день памяти которого он родился. Подобно этому ветхозаветному праведнику, свой крест он пронес «твердо, кротко и без тени ропота» – как и его супруга, и их дети. Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий в своем докладе о царской семье отметил: «Их истинное величие проистекало не из их царского достоинства, а от той удивительной нравственной высоты, на которую они постепенно поднялись».
Если же говорить о годах правления последнего российского самодержца, царскую семью по сравнению с большинством аристократии той эпохи отличала подлинная религиозность: и мать с отцом, и их дети придерживались традиций православного благочестия, хотя в их время это было совсем не модно. Во время Первой Мировой войны Александра Федоровна с ее дочери служили сестрами милосердия, лично оказывая помощь раненым. Да, Николай II не восстановил в России патриаршества. Однако в годы его царствования Церковь получила возможность не только обсуждать эту тему, но и фактически подготовить созыв Поместного собора, который состоялся в конце 1917 году и избрал Патриархом всея Руси святителя Тихона.
Очень показателен тот факт, что в годы царствования Николая II в Росии было канонизировано больше святых, чем за два века до того. В числе прославленных за этот период угодников Божьих – святые Феодосий Черниговский, Серафим Саровский, Анна Кашинская, Иоасаф Белгородский, Гермоген Московский, Питирим Тамбовский, Иоанн Тобольский и другие. Во многих торжествах по случаю прославления новых святых, государь и члены его семьи принимали участие лично.
Широкое народное почитание царской семьи началось уже вскоре после ее жестокого убийства. Оно сохранялось даже в самые кровавые годы безбожной власти – и с особой силой развернулось в Перестройку и последовавшие за ней «лихие девяностые». Отметим, что на родине, как и за рубежом, миллионы ревнителей памяти царственных мучеников по своим политическим убеждениям не были монархистами.
И, возможно, самое важное – то, что подтверждает, что прославление царской семьи Земной Церковью не отвергается Церковью Небесной: свидетельства о чудесах и случаях помощи по молитвам к царственным страстотерпцам фиксировались, начиная со времени их смерти, и до нынешнего времени. Во время Гражданской войны отряд казаков, окруженный превосходящими силами безбожников в непроходимых болотах, стал по совету полкового священника молиться убиенному царевичу Алексию (который, по традиции, был при жизни Почетным атаманом всех казачьих войск) – и вскоре вышел из окружения. Лики последнего российского императора в короне и императрицы с наследником необъяснимым образом проявились на потолке и стене монастырского храма в Боголюбове под Суздалем. Другой нерукотворный образ императора-страстотерпца в царском облачении и с нимбом проявился на стекле, помещенном в деревянную рамку, в притворе храма села Великодворье Владимирской области. Молитвы к царственным мученикам перед их образами и фотоснимками – мироточащими и даже напечатанными в книгах – не раз помогали верующим исцелиться от слепоты, болезней ног и других тяжелых недугов. В Преображенской церкви Саввино-Сторожевского монастыря в Звенигороде, где семья последнего русского императора при жизни любила бывать на богомолье, сухие ветви, помещенные под стекло киота иконы царственных страстотерпцев, выпустили цветы и дали семь зеленых побегов, по числу изображенных на иконе людей... Это лишь некоторые из сотен задокументированных чудес, связанных с памятью царской семьи; с годами таких свидетельств становится все больше и больше.
В. Сергиенко
